Как альбом Skinny Puppy «Too Dark Park» заставил меня столкнуться с болезнью и дискомфортом в электронном музыке

5, Февраль, 2016

Перевод статьи How Skinny Puppy’s ‘Too Dark Park’ Made Me Confront Sickness and Discomfort in Electronic Music.

Мой дедушка был энергичным франко-канадским джентльменом с прекрасно уложенными волосами. Он всегда придерживался этикета. Мы называли его «Daddy Cool Cat», этот титул даже красовался на его кофейной кружке рядом с мультяшным котом с цилиндром и тростью.

Он начал болеть в начале 2000-х: сначала тело, затем разум. Увидев его на больничной койке, съежившегося и дезориентированного, я вернулся домой и, пересиливая шок, начал строчить в блокноте. Хотелось бы вспомнить, что я тогда думал, но я потерял те записи. Ощущение больничной палаты и редеющих волос дедушки под моей рукой было кошмарно. Трудно забыть это ощущение собственной беспомощности.

Всю оставшуюся жизнь я стремился избегать чувств, испытанных мною в тот день. Но, как ни странно, о них мне напомнила та вещь, которую я всегда считал своей тихой гаванью: музыка. В моей коллекции есть только один альбом, «Too Dark Park» Skinny Puppy, который вызывает во мне такой же дискомфорт и неясную тревогу, как болезнь деда когда-то.

Изображение из фейсбука Skinny Puppy

Когда я впервые включил «Too Dark Park», меня почти сразу же попросили его выключить. Тогда я учился в выпускном классе средней школы, и вот, однажды в пятницу, мне довелось упиваться той странной прелюдией, когда ты обладаешь новым диском, но еще не можешь его послушать. Период ожидания между покупкой и прослушиванием: ты держишь альбом в моих руках, рассматриваешь его, срываешь упаковку, прикасаешься к пластику.

Мы вчетвером ехали в отцовской Хонде Сивик, я взволнованно вставил диск в проигрыватель. Беспорядочное месиво вырвалось из динамиков подобно мокрой колючей проволоке. Я сосредоточился на дороге и попытался избежать косых взглядов моих пассажиров. Но этот шум настолько вероломно заполнил тесное пространство внутри автомобиля, что его нельзя было игнорировать!

То, что мы услышали, нельзя назвать плохой музыкой в типичном поверхностном понимании: скорее, это не то, на что хочешь нарваться, когда ведешь машину и бесцельно крутишь ручку радио. Такие категории, как «хорошо» или «плохо» здесь совершенно не к месту. Лучше всего подошло бы слово «неуютно», а то, что мы все разделяли это ощущение, только делало его сильнее.

Брат хлопнул меня по плечу и попросил выключить музыку. На удивление, я сам хотел того же. Я не обиделся на такую просьбу, как это могло бы быть обычно. Наступившая тишина принесла облегчение, а весенний воздух из открытых окон развеял напряжение.

Альбом был выпущен в октябре 1990 года (недавно ему исполнилось 25 лет) и стал переломным в карьере этой влиятельной канадской индустриальной группы. В то время как некоторые видные электронные проекты подгоняли свое звучание под массовую аудиторию — альбомы Nine Inch Nails и Ministry через несколько лет стали платиновыми — Skinny Puppy двигались в противоположном направлении. Не то, чтобы их звук был менее вылизанным – он был более тревожащим.

«Too Dark Park», осознанно или нет, стал отказом от движения жанра навстречу массовой публике. Один из основателей группы, cEvin Key, в недавнем интервью THUMP, не будучи уверен в тогдашних намерениях, заявил, что они просто делали «то, что получалось естественно».

Каждый, кто слышал альбом, может понять, о каком пугающем ощущении идет речь. «Too Dark Park» звучит и чувствуется как неврологическое расстройство. Трек, открывающий альбом, «Convulsion», представляет собой кошмарную синестезию, которую невозможно описать каким-либо другим словом: звуковое отображение припадка, лихорадки и насилия.

Изображение из фейсбука Skinny Puppy

Какофония, создаваемая во мгле альбома дисторшеном, жуткими сэмплами и ударными с наложенным эхом, не предполагает контакта с аудиторией. Эту музыку невероятно трудно принять, и это — то, что ставит Skinny Puppy особняком от их собратьев по жанру. Фронтмен NIN Трент Резнор всегда вызывал сочувствие с помощью тем сексуальности и наркозависимости. Ministry эксплуатировали «братскую агрессию», молотя слушателя по голове тевтонскими риффами. Эти характерные эмоциональные реакции не найдут отклика в «Too Dark Park».

Неврологические заболевания не сравнятся по эмоциональной насыщенности с либидо или гневом. Вместо этого, альбом Skinny Puppy создает ощущение некой медицинской стерильности. Он оставляет за слушателем свободу реагировать, вместо того, чтобы указывать ему, как поступать.

Мы инстинктивно ожидаем определенного взаимопонимания с тем, что слушаем. В частности, в электронной музыке важны приливы и отливы ритма и темпа. Мы возбуждаемся, двигаемся в такт. Расслабляемся и успокаиваемся в подходящий момент. Мы ждем, что музыка будет, в каком-то смысле, разговаривать с нами: с ней можно поделиться нашей печалью, гневом или радостью.

«Too Dark Park» ничего не скажет в ответ — как жертва инсульта, потерявшая голос. Мы говорим с ним, но остаемся без ответа.

Каждый, кто имел дело с любимым человеком, страдающим от наркомании или хронической болезни, может подтвердить, что однажды наступает момент, когда от доброты уже больше нет пользы. Симптомы болезни нужно лечить, здоровье нужно восстанавливать. Личные отношения отодвигаются на расстояние вытянутой руки, когда это необходимо, чтобы уменьшить эмоциональную нагрузку.

Этот альбом требует такой дистанции.

Вот почему он встревожил меня, когда я услышал его много лет назад, и именно поэтому он тревожит меня сейчас. У меня раньше никогда не было альбома, который не приносил мне удовольствия. В нем нет катарсиса, слушая его, испытываешь только разочарование.

В тот день мы с братом ощутили способность «Too Dark Park» деформировать обычное ненапряжное социальное пространство, наполняя его травмирующей и регламентированной атмосферой хосписа. Наша способность к обмену эмоциями притупилась, и обычные каналы коммуникации вышли из строя. Как здравомыслящий человек, я прекратил слушать альбом. Тем не менее, время от времени, я сдувал с него пыль и включал, пытаясь понять, но не для получения удовольствия, а из любопытства. И почти каждый раз я выключал его после нескольких песен.

Он до сих пор мне не нравится, но я понимаю, что вряд ли это имеет значение.

Есть определенные произведения, которые существуют не для того, чтобы приносить нам удовольствие, а для того, чтобы исследовать самые темные аспекты человеческой жизни. Они становятся вызовом нашей комфортной жизни и предлагают преодолеть наши страхи, не избегая их, но, напротив, снова и снова в них всматриваясь.

Gigen Mammoser

437 1
Источник:

thump.vice.com


Рубрики: electro-industrial / industrial / review

Вы можете оставить свой отзыв здесь:

Войти с помощью: 
Роберт Смит